Одно фото и целая жизнь
03.09.2025
Весной этого года в «Ковернинских новостях» было опубликовано стихотворение с приложенной фотографией, которая автору была неизвестна. Фото для всех - неизвестное, но только не для нашей семьи...
Снимок быстро опознали наши родственники, проживающие в Ковернино. Они позвонили в редакцию газеты и нам – детям и внукам четы Смирновых.
Так вот: фотография была сделана в марте 1947 года, когда первенцу семьи - дочери Софье - было около полугода…
В связи с находкой фото и публикацией стихотворения поступила просьба - написать о моих родных - бабушке и дедушке. Расскажу кратко о них - по отдельности и вместе - об их жизни до и после знакомства и женитьбы.
Дед
Мой дед, Смирнов Григорий Иванович, родился 9 января 1916 года в д. Сермягино Макарьевского узда Костромской губернии в большой и многодетной семье. Семье, можно сказать, повезло: из рождённых детей почти все выжили. В 16 лет дед, молодой тогда парень, уходил с бригадой на заработки - занимался строительством Окского моста, «потому что там хорошо кормили и давали хлеб». Он был на раздаче инструментов, как говорил: «подай-принеси». В его обязанности входило утром раздать инструменты бригаде, помогать в работе в течение всего дня, а вечером всё собрать. На стройке его очень поразила встреча с иностранцами – их одежда, «а больше всего - их светлая жёлтая кожаная обувь, которой у нас и в помине не было».
В 20 лет пришлось деду выполнять в семье всю мужскую работу, потому что из мужчин он оказался старшим – в 1936 году умер его отец, мой прадед, Иван Михайлович. С октября 1937 года и по декабрь 1939-го дед был призван в Советскую армию. Служил в Москве, там же получил специальность механика и звание сержанта. А через два года началась война.
Деда призвали в июле 1941-го в 316 стрелковый полк 18-ой стрелковой дивизии, где он был до сентября. А далее - до ранения - воевал в 51-ом кавалерийском полку. Воевал под Москвой в разведывательной роте Панфиловской дивизии в звании сержанта.
Живительная журавига
Возвращаясь с задания 28 сентября 1941 года, его группа легла на отдых в сарай с сеном на окраине города. Напротив оказались немецкие разведчики – они тоже отдыхали. Как говорил дед: «мы друг друга видели, но не стреляли». А потом в то место, где отдыхали наши разведчики, прямой наводкой был произведён обстрел авиабомбами. Все погибли, а дед был тяжело ранен в таз вышибом кости - «осколками авиабомб в правую ягодицу». Первую помощь оказал себе сам - перевязал себя рубахой, затем перевязал товарища. Потом дед прошёл ряд этапов эвакуации. Был отправлен в эвакуационный госпиталь 2868 г. Владимира, где и был на лечении с сентября 41-го по апрель1942-го.
При поступлении в госпиталь дед находился без сознания и его посчитали умершим, отправив в морг - погреб. Позднее он был обнаружен там санитаркой, которая заметила у него пар изо рта. Быстро был прооперирован, полгода лежал во Владимире, затем был отправлен в госпиталь в г. Семёнов долечиваться (госпиталь был при школе, которая, как вспоминал дед, утопала вся в сирени).
Рана деда в полспины меня пугала, когда я была маленькой, и вызывала странные ощущения, когда повзрослела. Что он чувствовал, думал, ведь ему тогда было всего 25 лет? Почти год он пролежал на животе в госпиталях – было вырвано полспины и повреждён таз. Дедушка тяжело восстанавливался и долго не шёл на поправку. В Семёнов, за 60 километров, стала приходить пешком его старшая сестра Финна (Феоктиста): приносила клюкву, другие лесные ягоды, отпаивала его ягодными и травяными настоями. Его
После госпиталя дед был отправлен на полгода на восстановление в свою деревню. 1 ноября 1942 года был признан негодным к военной службе и назначен инструктором-механиком, а также «военным инструктором по военной подготовке» в селе Хохлома. Он очень переживал, что приходится готовить молодых ребят к войне. По воспоминаниям родных, он помог уберечь нескольких ребят от войны (как единственных кормильцев и детей в семье), и семьи были благодарны деду за это.
Бабушка
Моя бабушка, Кузнецова Нина Ивановна, родилась в селе Скоробогатово второго октября 1921 года. Родители у бабушки умерли рано, с разницей в год, оставив шестерых сирот. Младшей, Любе, было около двух лет, а моей бабушке Нине - старшей - всего четырнадцать. Старше неё была Татьяна, но она была уже замужем и проживала на Дальнем Востоке. Сначала детей забрали в детский дом, а младшую Любу определили в семью в Хохлому, где она воспитывалась, пока не подросла. Люба часто прибегала из той семьи к бабушке. Старшие были в детском доме недолго - сбежали, но сбежали в казённой одежде, за которую бабушке пришлось выплачивать деньги. Она тогда сокрушалась, что ушли в хорошей одежде, пришли - не поймешь в чём, а деньги нужно было отдавать. Не хотела бабушка, что бы дети скитались по детским домам, забрала их, получив от государства помощь в 350 рублей. При этом взвалила она на себя тяжёлую ношу и огромную ответственность за судьбу братьев и сестёр.
Глядя на фотографии бабушки в молодости, можно увидеть какая она красивая, женственная, с тонкими чертами лица. Её портрет в пышном платье с цветком на груди и с гитарой в руках, на которой она хорошо играла, украшал долгое время витрину знаменитого ковернинского фотографа Орехова. Однажды в детстве спросила у неё: «Почему ты иногда пишешь письма с ошибками?» Она ответила, что закончила четыре класса с отличием, учиться очень хотела, и способности были, и предлагали ей продолжить учёбу, но рано стала она сиротой, и пришлось начать работать. Трудилась в магазине в д. Ленино, была завхозом, бригадиром в колхозе Ильича и заведовала клубом в Сухоноске. Энергичную девушку молодёжь избрала своим комсомольским вожаком, участвовала в пленумах райкома комсомола.
Военные годы для бабушки были особенными: в 1942-1943-х гг. она руководила местным колхозом, когда председатель ушёл на войну. Почти всю работу выполняли вручную. «Да и кем было руководить? В колхозе были женщины да подростки, младший брат и двое эвакуированных…. Тяжело было. Да ещё хлопот прибавилось, когда пригнали 60 голов скота, эвакуированного из Калининской области».
В 1943 году бабушка Нина перешла учётчиком в бригаду в деревню Лебедево (теперь это улица Заречная в селе Хохлома). Вот тогда в первый раз и увидел её мой дед Григорий с крыльца столовой на площади в окружении ребятишек: двоих она вела за руки, а третья цеплялась за её подол. Он очень удивился, что девушка молодая и уже столько детей у неё. На что ему ответили, что это её братья и сёстры, которые рано остались сиротами. И, по воспоминаниям деда, у него как-то защемило сердце от всего этого…
Бабушка в это время закончила курсы трактористов и была направлена в тракторную женскую бригаду. А мой дед, Григорий Иванович Смирнов, вернувшийся с фронта по ранению, трудился в Хохломской МТС. Так они и познакомились. Расписались молодые в победном 1945 году, на Старый Новый год, 14 января.
Незаметные полвека
Уже после войны, в 1952 году, молодые поставили свой дом в д. Лебедево, купили корову и стали понемногу разживаться. Дед всегда был рад бабушкиным сёстрам и братьям, и как они говорили, приходил и помогал им в трудные минуты жизни, и были они ему очень благодарны и признательны….
Бабушка продолжала работать в колхозе: учётчицей, на ферме, бригадиром, а последние годы перед пенсией убиралась в колхозной конторе. Избиралась народным депутатом в 60-е годы. Награждена медалями «Ветеран труда» и «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Дедушка тоже был награждён медалями, но какими, я до сих пор не знаю (нет данных). В послевоенное время медали были «заиграны» его же детьми: их они заворачивали в тряпицы, как пупсиков. Дед, как и бабушка, продолжал работать в колхозе. А ещё он был отличным плотником (делал прекрасные срубы) и печником - клал печи для бань, которыми пользуются его сельчане до сих пор.
В семье после войны родились три дочери: Софья, Валентина и моя мама, Людмила. Все вышли замуж, и у бабушки и дедушки появились внук и три внучки, которые каждый год все каникулы отдыхали у них. Какое это было незабываемое и удивительное время!
А прожили бабушка и дедушка вместе 51 год, и, кажется, не заметили, что провели вместе более полувека! Успели увидеть правнука и правнучку. Жаль, что мой дед не успел увидеть моего сына, своего правнука, но успел познакомиться с моим мужем Дмитрием и одобрить мой выбор. Дед умер летом в 1996 году, а через год родился мой сын Виталий, которого бабушка, улыбаясь, называла из-за упрямства Буянкой, как когда-то называла упрямых бычков у нашей коровы…
Её не стало осенью 2004 года…
То, что отзывается теплом
Что я ещё помню о бабушке и дедушке? Это «выходные» пироги по воскресеньям, которые мы помогали бабушке лепить по утрам, а дед ходил рано утром в лес за начинкой. После мы все вместе сидели за большим столом, ели пироги, запивая их парным молоком. Ещё помню вкуснейшие бабушкины драчену и картофельник, которые готовились специально к нашему приезду, и манную кашу, в которой ложка стояла и которая была больше похожа на пудинг… Это и бабушкина утренняя побудка: «Девчонки, не болят ли у вас печёнки?», от этого мы всегда просыпались с улыбкой. Ещё это традиционный «пятачок» деда нам на кино, который он доставал из своего маленького кожаного кошелёчка с кнопкой. Помню дедушкин «расклад на жениха», когда мы, внучки, подросли… Это и котята, которых нам всегда оставляли от кошки Машки, и телёнок, родившийся ночью и принесённый в дом - вот он пытается встать на ножки… И сыроежки, которые дед собирал рано-рано утром и отваривал их, пока мы спали, потом мы ими хрустели….
Многое вспоминается и отзывается теплом, и так жаль, что я у них не всё спросила, узнала. Но рада, что провела столько времени с ними, и они остались навсегда в моей памяти…
Спасибо большое Александру Семёновичу Смирнову за замечательное стихотворение, за фотографию, которая оказалась у него случайно. Спасибо, что удалось её спасти и сохранить для нас!
P.S. В дополнении к истории с фотографией и у нас появилась просьба к редакции. В нашей семье есть несколько фотографий бабушки с её другом, можно сказать, тогда женихом, который был призван на войну и не вернулся - погиб. В семье известно только его имя – Николай, и что проживал до войны рядом с селом Скоробогатово. Возможно, кто-то узнает Николая? Может, у родных есть похожее фото? Хочется узнать, кто он и откуда. Чтобы молодой парень не остался просто «неизвестным Николаем»…
О. Барыкина